Жизнь Мариуполя

В этом выпуске:

В ПАРТИЙНЫХ ОРГАНИЗАЦИЯХ ГОРОДА

11 января 2003 года состоялось отчётно-выборное собрание Орджоникидзевской районной организации Коммунистической партии Украины.
В работе собрания приняли участие член бюро Донецкого областного комитета КПУ тов. Ю.А.Поляков, первый секретарь Мариупольского горкома КПУ тов. А.Г.Фоменко и секретарь ГК КПУ тов. В.И.Титаренко.
Перед началом собрания коммунисту тов. В.К.Алексееву был вручён памятный знак «50 лет КПУ». Ряд активистов районной парторганизации и их беспартийных соратников были награждены почётными грамотами.
С отчётом о работе районного комитета Компартии Украины выступил первый секретарь Орджоникидзевского РК КПУ тов. Л.Н.Набебин. В докладе проанализирована работа районного штаба коммунистов, первичных партийных организаций. Предложены конкретные меры по повышению эффективности и боевитости партийной работы.
Выступившие коммунисты отмечали как положительные моменты в работе, так и направления, на которых необходимо сосредоточить усилия партийной организации.
По докладу принято соответствующее решение. Работа райкома признана удовлетворительной.
Первым секретарём Орджоникидзевского райкома Компартии Украины вновь избран Л.Н.Набебин, секретарями – Е.И.Жарков и В.Д.Джелали.

Соб. инф.

ПОСЛЕСЛОВИЕ К ОДНОМУ ИНТЕРВЬЮ

11 января, впервые за последние пять лет, “Приазовский рабочий” опубликовал интервью с членом наблюдательного совета Первого Украинского Международного банка А.А.Буляндой. Правда, и в Мариуполе, и далеко за его пределами Александр Алексеевич больше известен как многолетний директор, генеральный директор Южной Магнитки – Мариупольского металлургического комбината “Азовсталь”, как депутат Верховного Совета Украинской ССР и уже просто Украины нескольких созывов, а ещё раньше – кадровый партийный работник, в т.ч. и первый секретарь Мариупольского городского комитета Компартии Украины.
И комбинат, и город ему пришлось покидать не в лучшее для того и другого время, время, когда завершался воровской передел народной собственности. “Азовсталь” тогда благополучно перекочевал во владение промышленно-финансового символа региональной олигархии.
С комбинатом А.А.Булянда расставался тяжело. Долгое время ему ещё удавалось противостоять людям, бесцеремонно толкавшим его к такому решению. Угрожали расправой. Во всяком случае, городские газеты тогда писали о его обращении за защитой к местным радетелям безопасности. Была и серьёзная автомобильная авария, в результате которой гендиректор долгие дни провёл на больничной койке. Случайная, конечно, авария… Была целенаправленная и последовательная кампания в городской газете, сродни той, которая нынче то развязывается, то чуть затихает в отношении другого гендиректора другого металлургического комбината… Много чего было…
А.А.Булянда окончательно покинул “Азовсталь” вскоре после второго пришествия в Мариуполь нынешнего городского головы Ю.Хотлубея. Покинул не так, как, наверное, хотелось. Ему не удалось оставить у руля созданную им команду и подготовленного преемника. Более того, для экс-гендиректора проходные комбината, которому он отдал 17 лет жизни, нередко оказывались теперь закрытыми. Как он сам замечает, “отдельные личности диктовали, могу я приехать на “Азовсталь” или нет”.
Нынче может…
На празднование 25-летия конвертерного цеха А.А.Булянда прибыл уже другим человеком. Он “не держит обиды” ни на своих гонителей, ни на своих хулителей. И чего, спрашивается, держать? Здесь или бороться, или смириться. “Держание обиды” само по себе ведь даже не процесс, а состояние. И, надо думать, состояние не из самых приятных. Ну попугали, ну пополоскали по газетным полосам, ну выдали его дела за заслуги другого… “Бог им судья,” – говорит теперь Александр Алексеевич. Бог, так бог. Из банка виднее…
Материальное благополучие, к счастью, не покинуло бывшего гендиректора с его отставкой – и депутатская пенсия, и наблюдательство в ПУМБ. Это хорошо. Ведь многие его соратники по городскому комитету партии, тоже имеющие заслуги перед государством, правда, тем государством, что было до 1991 года, сегодня живут в крайней нужде. А иные в этой же крайней нужде уже ушли из жизни.
В интервью “Приазовскому рабочему” Александр Алексеевич помянул многих своих старых и новых знакомых. Здесь и Бойко, и Солодько, и Лытюк, и другие. Правда, полного имени и отчества удостоены только трое – Ренат Леонидович, Виктор Фёдорович да Алексей Петрович (последний понятно почему: “Поздравил меня с днём рождения… Совсем другое отношение…”). Вместе с тем, удивляет, что на протяжении всего интервью А.А.Булянда ни разу так и не упомянул о городском голове Ю.Хотлубее. Хотя отношения между ними в своё время можно было вполне назвать доверительными. Нередко гендиректор величал его накоротке по имени. А нынче вот и вовсе не упомянул. То ли случайность, то ли другое что…
Зато Александр Алексеевич и сейчас живо интересуется мариупольскими делами. Вот, например, считает неправильным путь, по которому пошёл другой гендиректор В.С.Бойко. Неправильным в смысле ильичёвского союза стали и орала – “металлург должен заниматься металлом”. С одной стороны, А.А.Булянда в таком мнении не одинок. А с другой – ведь и на “Азовстали” металл как-то уживается с хрусталём и мебелью. Не с таким, правда, размахом, как ильичёвская сталь сочетается с володарско-новоазовско-першотравневым зерном, мясом, молоком и яйцами. В третьих, оба комбината нынче – ОАО. И дело акционеров, какое ещё учредить или прикупить производство. Особенно, когда они на это дело могут реально влиять. А так – лишь бы прибыль шла. Правда, с прибылью от орала пока вроде не густо. Но организация сельхозпроизводства на принципах крупных хозяйств-цехов с их индустриализацией не может раньше или позже не дать ожидаемой отдачи. Хорошо бы, конечно, чтобы раньше…
“Мариуполь, в который я когда-то приехал, – заметил Александр Алексеевич, – и Мариуполь сегодняшний – две большие разницы. Сделано очень много при меньших возможностях”. Бывшему первому секретарю горкома и гендиректору “Азовстали” не откажешь в наблюдательности. Сейчас, конечно, много нового. Только за последние 5 лет дважды переложили дорожное покрытие на проспекте им. Ленина, выстлали скользкой плиткой тротуары, в городском сквере построили красивый фонтан. Вот новое жильё, правда, уже 11-й год почти не строится, а старое ветшает без ремонтов, никак не управиться с вывозом мусора, тысячи людей нуждаются и не могут себе позволить самого необходимого и ещё много другого нового. Так это всё не беда, это, оказывается, из-за «меньших возможностей». Вот только куда, интересно, подевались большие? Такие, которые были в Мариуполе, “в который я когда-то приехал”. А приехал сюда А.А.Булянда где-то в самом конце 70-х, когда вместе с новыми цехами «Азовстали» вовсю строили новые жилые микрорайоны, школы, детсады, магазины, больницы.
Закончил своё интервью Александр Алексеевич бодро. Пожелал азовстальцам веры в возрождение, засвидетельствовал свою веру нынешнему их гендиректору.
От всего интервью и благообразного лика на фотографии веет умиротворением и покоем. Как говорил Абдула – хороший дом… хорошая жена… что ещё нужно человеку, чтобы встретить старость?

Ф.Родионов.

В редакцию пришло письмо

Все мы помним, как народные депутаты пытались сделать нам хоть что-то приятное (иногда на них и такое находит). Неоднократно в своей Верховной Раде принимали они законы, позволяющие списать с нас задолженность по коммунальным платежам. Да ведь и как не списать, когда сотням тысяч людей до сих пор так и не возвратили долги по зарплате, а миллионам – украденные у них сбережения.
И всякий раз депутатское “можно” завершалось президентским “нельзя” – гарант исправно налагал на закон своё вето.
Но проблема столь очевидна и остра, что и он однажды, потеряв терпение, обозвал коммунальщиков “мафией” и “баронами”, не желающими ни самим упорядочить свои расходы, доходы, нормы, цены, тарифы – с одной стороны, ни позволить сделать это за них местным органам власти – с другой.
Вместо списания приняли закон, позволяющий реструктуризацию коммунальных долгов на срок 5 лет. Он предусматривает, что на период погашения реструктуризированного долга, общая сумма текущих платежей и платежей в счёт задолженности не должна превышать 25% доходов работающих граждан и 20% – доходов пенсионеров и других, получающих социальную помощь.
Интересно, кому понадобились эти крохи, и спасёт ли моя долговая пятёрка коммунальное хозяйство, которое очутилось в глубокой яме, благодаря бездарной социально-экономической политике государства.
И будут ли платить даже и реструктуризированные долги трудящиеся предприятий и организаций? Ведь отдавать в счёт долга им по этому закону надлежит четверть своего дохода. А большинство работающих в Украине получают блошиную зарплату вообще или, по крайней мере, её официальную часть. Остальное – в конверте, содержание которого никто, кроме самого получателя, нигде не учитывает.
И только небольшая часть состоятельных, стабильно получающих сполна зарплату граждан будет исполнять закон – погашать свои долги по оплате жилищно-коммунальных услуг под угрозой начисления пени (о которой – будет или не будет – пока тоже окончательно не известно).
Создаётся впечатление, что этот закон о реструктуризации принимался ситуативно, и никто не удосужился посчитать, не проще ли было бы списать все эти пресловутые долги и начать жить с чистого листа. Посчитать, а что же в результате получит государство, вернутся ли с помощью этого закона долги и решит ли это давнюю и затянувшуюся проблему. Не станет ли дороже этих долгов вся волокита и писанина – каждому должнику сосчитать долг, разделить его на 60 месяцев, составить договора, следить за проплатами… Это какую ещё армию работников придётся нанять и обучить!
А пока местные коммунальники при назначении субсидий у должников незаконно требуют подписания договоров-обязательств о погашении долга. Без этого грозятся субсидий не начислять. При этом заставляют подписывать обязательство на погашение полной суммы задолженности. В то же время законодательство предписывает взыскание задолженности за срок, не превышающий трёх лет. Боюсь, что такой же метод обмана власти попытаются внедрить и при расчёте реструктуризации долга.
                                                                                                                                                        В.Костенко.
                                                                                   ***
Мы, бывшие работницы ОАО “Мариупольская чулочная фабрика” последние годы не получали заработную плату, из-за отсутствия сырья фабрика простаивала. По этому вопросу мы обращались в горисполком, прокуратуры города и Жовтневого района, где нам рекомендовали обратиться в суд.
В Жовтневом суде наши иски находятся с апреля 2002 года.
В обеспечение возможности взыскания зарплаты по решению суда, Жовтневый суд города Мариуполя 05.08.02. наложил арест на имущество фабрики.
В настоящее время мы получаем исполнительные листы на взыскание с фабрики уже присуждённых сумм, рассмотрение исков продолжается в связи с отменой апелляционным судом отказов в оплате простоев. Кроме того, предъявляем дополнительно иски о взыскании зарплаты за время задержки расчёта.
Дела будут рассматриваться ещё длительное время, однако сейчас происходит непонятное – распродаётся и вывозится дорогостоящее оборудование, продано одно помещение фабрики.
В исполнительной службе Жовтневого района, где находятся на исполнении (и не исполняются) наши исполнительные листы, нам заявили, что по решению суда арест наложен только на здание фабрики, а остальное имущество находится в налоговом залоге, с него арест снимается по распоряжению налоговой службы и фабрике разрешено его продавать, что усиленно выполняется в настоящее время.
Мы категорически возражаем против расхищения имущества фабрики. Продажа здания фабрики недостаточна для выплаты нам зарплаты по решению суда, и окажется, что нам останутся только бумажки в виде исполнительных листов.
Сообщая об изложенном, требуем незамедлительно принять меры, а также сообщить нам, кто в очередной раз обманывает нас, – для обжалования президенту Украины.
                                                                                                    Нестерова Л.М. и др. (всего 20 подписей).
От редакции. Судя по всему, на чулочной фабрике происходит что-то очень похожее на то, что не так давно происходило на швейной, правда, по другому поводу. Это когда работницы явочным порядком не дали вывезти за ворота предприятия уникальное оборудование. После этого они сменили директора и коллектив понемногу стал выбираться из ахового положения, в котором очутился вследствие таинств “свободной конкуренции”.
На “чулочке” нынче дела хуже. Вернее, нет больше никаких дел. И если именно сейчас бывшие её работницы не сумеют выбить то, что им причитается, то пиши – пропало.
Но никакая газета не сумеет вернуть им долги. Поэтому “принятия мер” надо требовать в суде и органах, контролирующих исполнительность исполнительной службы. Мы же только можем сложившуюся на фабрике ситуацию сделать известной нашим читателям.
Авторы письма интересуются, кто в очередной раз их обманывает. Интересуются “для обжалования президенту Украины”. Наверное, на помощь надеются. Но всё, что происходит на фабрике – это как раз и есть нормальные “будни” политики ныне правящего режима.
                                                                            ***
Дом № 18 по бульвару Б.Хмельницкого введен в эксплуатацию в ноябре 1970 года. И в настоящее время требует основательного и неотложного капитального ремонта. На этот счёт в ЖЭУ–6 (нач. Ащаулова А.М.) имеется не одно, а несколько коллективных заявлений. Одно из них датировано ещё концом 2001 года, другое – январём 2002-го. Но капремонт жилищниками не планируется.
Кроме того, с началом морозных дней и ночей большинство квартир имеет тепловой режим от +120С до +160С, потолки многих квартир на 5 этаже промокшие (кв. № 13 и др.) по причине протекания кровли.
И вот после напоминаний Ащауловой А.М. о необходимости произвести обследование квартир дома на предмет пониженного против нормы температурного режима, ко мне (квартира № 27) 17 декабря прошлого года приходят 5 человек. Представляться не стали. Лишь двоих из них я знал в лицо – мастер участка и слесарь участка по Б.Хмельницкого, 27. С одним из пришедших я направился в спальню продемонстрировать, что квартирный термометр показывает +160С, и далее на кухню. В это время остальные готовили к священнодействию принесенный с собою “правильный” термометр, объяснив предварительно, что-де мой, квартирный, – неправильный. В ходе “подготовки” “правильный” термометр почему-то держали кистью руки за ртутный баллончик. Затем ему придали горизонтальное положение, а через 1 – 1,5 минуты подняли, зафиксировав показания в +200С. Я, было, пытался оспорить такую “технологию” и измерить температуру воздуха, держа термометр, как и должно, за его верхнюю часть, но меня уже никто не хотел и слушать.
В квартире № 13, куда я проследовал вместе с высокой комиссией, и где комнатный термометр никак не хотел оторваться от метки на своей шкале в +120С, замеры по описанной выше технологии показали +140С. И в квартире № 14 – тоже +140С.
На следующий день, 18 декабря, на приёме г-жа Ащаулова А.М. почему-то отказалась назвать мне фамилии “специалистов” (может, это была секретная коммунальная служба?), побывавших в моей квартире в составе “температурной комиссии”. А на другой день так же отказалась и от совместного осмотра того самого “правильного” термометра, которым эта комиссия пользовалась.
Что до акта обследования квартир, то он так и не был составлен.
                                                                                                                 С.А.Куприенко,
                                                                                                                 бульвар Б.Хмельницкого, 18, кв. 27.
От редакции. Автор напрасно беспокоится. Подумаешь, ртутный баллончик в руке держали. Не подмышку же его засунули. Или ещё куда.
Хотя, с другой стороны, он имеет полное право убедиться в том, что “правильный” термометр проверен и допущен к измерениям, а также требовать проведения измерений в соответствии с техническими условиями.
Что касается вопроса по существу, то если всё описанное правда, то перипетии с термометрами, а заодно и с никуда не годным отоплением, можно попробовать решить в суде. Хотя это, конечно, очень хлопотно. Но ведь иначе никак не научить членов “высокой комиссии”, за какой конец нужно держать термометр, а также своевременно составлять акты обследования жилья.

back.gif (1039 bytes)

 home.gif (1073 bytes)